6 вещей, которым может научить поход

6 важных вещей, которые воспитает в детях только поход

51% людей никуда не отправляют детей на лето. Рассказываем, почему стоит выбрать турлагерь

Мы выяснили, что 51% наших пользователей не отправляют детей в детский лагерь вообще. Остальные проценты распределились между санаториями, образовательными и спортивными лагерями. Совсем мало людей — 4% — отвозят детей в турлагеря, где надо жить в палатках и устраивать вылазки в лес и горы. 

Попросили известного путешественника Дмитрия Шпаро, который руководит лагерем «Большое приключение», рассказать, почему детские турлагеря явно среди нас недооценены. 

Редактор Туту
16 мая 2019

Если взрослая организация — будь то бизнесмены, ученые или кто-то еще — состоит из здравомыслящих людей, она должна подумать, что может сделать для детей.

Когда мы тридцать лет назад создали клуб «Приключение», то решили, что, кроме суперпутешествий вроде похода к Северному полюсу на лыжах, мы должны делать что-то с детьми. У нас есть голова на плечах, мы профессиональные путешественники и должны позаботиться о том, чтобы передать детям идею путешествий. Потому что для детей это верный путь развития — и личности, и товарищества, и моральных качеств. Так появились детские лагеря «Большое приключение». 

Увлечение жизнью

Первые десять лет существования «Большого приключения» мы брали с собой только детей с 13 до 18 лет, но потом сделали две группы с 8 до 12 лет. В базовом лагере они живут не в палатках, а в домиках, поход у них продолжается всего три дня.

Мы сразу поняли, что это самый подходящий возраст для того, чтобы дети удивлялись, радовались и становились патриотами приключений. Они удивительно любознательны, на все реагируют, всему отдают свою душу, все их затягивает. Они еще готовы безболезненно оторваться от планшета или телевизора ради чего-то интересного в реальности. Учатся воспринимать мир, любить и защищать природу, у них появляется экологическое сознание, они учатся дружить и помогать друг другу, что крайне важно. Очень трудно к этому прийти в современной школе.

Умение работать в команде

Мой сын Матвей сейчас возглавляет государственный центр дополнительного образования «Лаборатория путешествий», и там есть высотные тренажеры. Классный руководитель приводит класс, который никак не может сплотиться. Они проходят маршрут от А до Б и становятся командой. Без преувеличения.

Мы стараемся, чтобы в командах были и здоровые дети, и дети-инвалиды. Это актуально для школ: сейчас ребята учатся вместе, но это только формальность. Чтобы они чувствовали себя на равных, помогали друг другу, нужно, чтобы инвалиды чувствовали себя уютно. А уют получится от правильного отношения, если никто не будет придавать значения инвалидности. Как будто ее нет.

Выберите приключение от Дмитрия Шпаро

Хаски-парк, походы, веревочный город

Выберите приключение от Дмитрия Шпаро

Хаски-парк, походы, веревочный город

Крепкая дружба

Дети видят, как общество относится к инвалидам, и у них рождается антагонизм по отношению к тем, кто глуховат, слеповат, хромает. Победить такие вещи смертельно трудно, нужна совместная работа. Если они вместе идут в поход, если во время похода они вместе преодолевают трудности, если они друг другу помогают (и даже, может быть, инвалид в чем-то помогает здоровому), рождается настоящая дружба.

Это же касается и групп, где все дети здоровые, потому что в таких группах могут быть принципиально разные люди. Кто-то нахал, кто-то эгоист, кто-то стопроцентный лентяй. Если группа в походе решает какие-то задачи, а человек не включается, то он видит свой эгоизм и свою лень. Он смотрит на себя с другой стороны и делает выводы.

Простой путь разобраться в людях

В первый поход я пошел после восьмого класса со своими учителями, причем у нас школа не была какой-то туристической или спортивной — самая обычная, заурядная школа. Мы шли из Подмосковья до озера Селигер. С нами были три учителя: учительница истории, учитель физкультуры и учительница химии.

В районе Ржева была гроза, довольно сильная. В этот момент мы втроем — я, еще один школьник и учитель физкультуры — по каким-то делам оказались на берегу маленькой речушки. Гроза жуткая: молнии, гром грохочет. А учитель физкультуры упал на землю и лежит. Видимо, он сильно испугался и решил, что это самое правильное положение c точки зрения молний и всего прочего. Нам это было чудно: казалось, что все как-то не по-мужски. Это был урок определенного недоверия: когда человек делает что-то лично для себя, не для других.

Такие вот забавные наблюдения. Всего один поход может поменять представление о человеке.

Общий язык со взрослыми

Сейчас мы организуем программу «Директор в поход». Директора московских школ отправляются в поход вместе с детьми из своих школ. Это ни на что не похоже, настолько противоестественно. На самом-то деле, конечно, это естественно и полезно, но наша действительность к такому не готова. Невозможно представить себе, что чиновник, который возглавляет школу, где учатся семь тысяч человек, идет в поход вместе со своими детьми. Это можно представить в моей маленькой школе города Тушино, а в Москве это очень странно. 

Программы «Директор в поход» проводит «Лаборатория путешествий» — организация при правительстве Москвы, которую возглавляет Матвей Шпаро. В этом году экспедиции пройдут в горах Краснодарского края, участвовать будут 12 московских школ. Команды отбираются на конкурсной основе: директорам школ сначала придется сходить с поход без детей, чтобы показать свои навыки

Готовность к подвигам

Вторая часть моей книги «1000 километров до рассвета» называется «Кто с нами» — она про первые девять детских экспедиций на Северный полюс, которые прошли с 2008 по 2016 год. Когда мой сын Матвей и его друг Борис шли ночью к полюсу, они придумали эту затею — отвести сюда детей, но только не за тысячу километров, а всего за сто, от станции Барнео (дрейфующая на льдине станция неподалеку от полюса. — Прим. ред.). В мире так еще никто не делал.

Первая детская экспедиция состоялась тогда же, в 2008 году. Мы нашли в регионах ребят, которые участвовали в «Лыжне России», провели отбор и отправили их в стокилометровое путешествие — несложное с точки зрения туризма.

Теперь дети приходят на Северный полюс каждый год. Каждый год я прилетаю туда, чтобы этих детей встретить и поздравить, а потом вместе с ними возвращаюсь в Москву. И каждый раз там одна и та же история: свистит ветер, снег, льды кругом. Да, льды немножко другие, но льды и есть льды, чистые-чистые. Всё как в 1979 году, когда эти путешествия в Арктику вошли в нашу кровь.

Этот материал был вам полезен?
Рассказать друзьям

Ещё больше пользы