Хельсинки: город счастья и уюта

Сергей Абдульманов

Путешествия и здравый смысл

Финляндия — это Нокия, сауны, хоккей, лыжи, тяжёлый металл, Angry Birds. И ещё самые счастливые люди на планете на 2018 по WHR (это, скорее, экономические показатели, чем желание радостно смотреть ковёр всё время).

Краткая история: сначала была просто земля с местными народами, потом территория вошла в состав Швеции надолго, в 1809 году перешла в состав Российской Империи (но получила нехилую независимость, даже собственная марка ходила), а сразу после прихода большевиков ко власти стала отдельной страной с разрешения Ленина. То есть жители некогда части Империи пропустили весь сюжет с девяностыми и с СССР. Точнее, видели часть его в перекрестье снайперского прицела во время войн 39-44 годов.

У нас опять пятничный урбанизм, и я хочу рассказать про город Хельсинки. Главное ощущение города — прилив окситоцина. Это гормон, который, среди прочего, отвечает за долговременную любовь мужчины к женщине, родителя к ребёнку и человека к собаке. Выражается он в физическом ощущении счастья в виде спокойствия и безопасности. В Хельсинки хватает и того, и другого.

Начнём с того, что это самый безопасный город мира на случай ядерной войны. Потому что лет 60 назад тут начали с азартом копать туннели и выкопали почти второй подземный город в скале.

Город-в-скале

Хельсинки стоит на довольно сложном скальном образовании. Сложном в том смысле, что строить тут большой город как-то не приходило никому в голову, пока не появились русские в широком ассортименте. Российская Империя очень хотела снизить шведское влияние, и поэтому перенесла столицу в, фактически, рыбацкую деревушку. И поближе к Петербургу, и подальше от имеющейся про-шведской столицы. В итоге город очень молодой, и планировался сразу и очень правильно. То есть с нуля был генеральный план разработки Ю.А Эренстрёма и во многом реализованный до конкретики К.Л. Энгелем. Надо сказать, что генеральный план для города с самого-самого нуля, вообще-то, довольно редкое явление. Так иногда случается после большой бомбёжки (Роттердам), землетрясений или масштабной реновации, либо при быстром обустройстве столицы: например, так было с красивейшим с инженерной точки зрения Ереване. Но про его продуманность я лучше расскажу отдельно.

Эренстрём швед, поэтому использовал шведскую систему кварталов. В центре они были отмечены животными, чтобы даже неграмотные могли ориентироваться. Единорог, кстати, тогда казался реалистичнее утконоса.

Под Хельсинки невероятно дофига гранита. Обычная картина — плюс-минус 30 сантиметров почвы, а дальше начинается плита. Чтобы вы понимали глубину проблемы, отмечу, что деревья сажают взрывами. Заложили инженерный заряд, потом ба-бах, получается дырка под дерево. Можно засыпать почву и выращивать. Первый городской парк на 900 деревьев сажали в обстоятельствах, когда вся свободная взрывчатка была нужна для другого, поэтому использовали бурение и заливание воды летом, а потом ждали до зимы, чтобы несколько раз вытащить лёд.

В 60-х началось освоение подземной части города. С одной стороны, была политика городской архитектуры, ограничивающая высоту зданий (так появились первые подземные этажи под главным историческим торговым центром — Стокманном). Военные копали бункеры и бомбоубежища, плюс между всем этим нужны были коммуникации — и как-то так получилось, что к моменту спада паники по поводу ядерной войны под городом оказалась довольно разветвлённая сеть туннелей. Естественно, её начали использовать.

Чтобы вы понимали, что такое «довольно разветвлённая», просто оцените состав одной из площадей:

  1. Выше уровня земли: огромный торговый центр Камппи
  2. Уровень земли и ниже: городской автовокзал на 900 автобусных отправлений в день по городу
  3. 6 метров вглубь: международный автовокзал на 700 отправлений в день (очень загруженный по меркам Европы)
  4. 30 метров вниз — станция метро
  5. Ещё ниже — законсервированная станция метро.

Но чаще слоёв чуть поменьше. Речь обычно о пешеходном туннеле и станции метро, или же о подземном магазине и парковке под ним, или ещё чем-то. Потом вода и энергетика. Под землёй есть подземная электростанция, тепловая станция, водохранилище, плавательный бассейн, каток, спорткомплекс с гандбольным и футбольным полями (мини-футбол, правда), семейный парк развлечений, кафе, музейные залы, книгохранилище, куча парковок и прочих объектов. Почти каждый из них двойного назначения: есть запасы продовольствия, воды, СИЗы, генераторы и всё прочее на случай угрозы. Водохранилище, кстати, используется довольно оригинально, как температурный аккумулятор — вода из него гоняется в городскую климат-систему, а потом снова теплообменивается с окружающим гранитом. Часть тоннелей используется как магистрали для грузовых машин: например, много поставок для магазинов в центре делается именно через систему трасс под городом, поэтому грузовиков в центре почти нет.

Финны продолжают увлечённо копать. И делают это в соответствии с генпланом: как для города наверху есть план застройки, так и для подземелий есть план долговременного развития.

С подземными объектами поймали пару интереснейших багов, почти невозможных в других городах. Например, сеть автомобильных тоннелей и парковок под центром города очень развита, и там можно проехать несколько кварталов под землёй просто так, вот, например, под торговым районом:

Первые 15 минут парковки были бесплатными для водителей. Профиты этого поняли таксисты и стали объезжать пробки. С точки зрения системы всё хорошо: заехал, пробыл на парковке меньше 15 минут, выехал. Когда трафик стал повыше, начали разбираться и уже поправили — теперь и парковка сразу платная, и за сквозной проезд делают а-та-та.

Подземный торговый зал и переход на метро.

Локаль

Два официальных языка: финский и шведский.

Поскольку Финляндия — не самая большая страна мира, дубляж тут почти не делают, и фильмы идут на языке оригинала (чаще всего английском) с субтитрами. Поэтому английский тут усваивается не столько из школьных занятий, сколько из окружающей среды. Да и иностранцев довольно много, особенно как раз в Хельсинки. В ИТ, например, можно работать без знания финского.

Розетки наши типовые, вода в кране питьевая (страшная расплата за это — обязательная на законодательном уровне замена труб раз в 50 лет, а вместе с ними часто меняют проводку). Штрафы прогрессивные, начиная с минималки, растут в проценте от дохода гражданина (вот тут горячего финского парня оштрафовали за превышение скорости на примерно 11 миллионов рублей), медицина бесплатная и частично-платная (госслужащие со своей страховкой могут оплачивать 25% счёта), детсад — по 4 часа в день на улице если теплее -20 (поэтому зимой коренные жители часто рассекают по городу без курток), в казино ведут учёт игроков и не дают тратить больше 10% зарплаты в месяц. Религиозные граждане платят церковный налог, который вынимается прямо вместе с НДФЛ из зарплаты и открывает доступ к сервисам ритуалов. От него можно отписаться.

«Бункер противодьявольской защиты», церковь Темппелиаукио в скале.

Тут проводится месса под тяжёлый рок раз в году, билеты выхватывают за 10 минут. Ловить их можно тут.

Инфраструктура

В городе почти везде стоят сауны. Частные дома просто имеют одну такую, многоквартирные старые строятся с общей на всех, новые — с раздельными под каждую семью внутри квартир. Сауна может встретиться в отеле, в Бургер Кинге, даже на колесе обозрения есть одна кабинка с сауной (арендуется на час). Естественно, в аэропорту в бизнес-зале и в центре подготовки бортперсонала тоже.

Корпоративы обычно проходят тоже в сауне. Сочетание финской любви прибухнуть и бани нормальное: внутри они пьют слабоалкогольное, а вот дальше уже отрываются. Кстати, насчёт прибухнуть — это госмонополия, которая обеспечивает очень дорогой алкоголь с понедельника по субботу, в воскресенье просто не продаёт ничего сильнее 5 градусов в магазинах (но есть в ресторанах). Поэтому паром до Таллина пользуется особой популярностью совсем не из-за прелестей архитектуры города. Кстати, история 54321 — одна из лучших по уровню мемичности. Говорят, бухать по-взрослому тут начали после введения сухого закона, а 5.04 32-го года в 10:00 его отменили. До этого тут подавали «очень крепкий чай» в кафе в центре, по городу ходили беременные бабушки с канистрами под платьем, а на джазовом концерте в одной из гостиниц разносили коньяк вместо чая после определённых композиций. Алкоголь прятали между бочками со смолой, возили за судами на привязи (чтобы отцепить при проверке) и вообще сделали всё, чтобы саботировать сухой закон.

Шведский стол только из супа. Можно брать разный хлеб. Смысл в том, что супа можно брать неограниченно много.

Сбор мусора то раздельный, то нет. Это вот крутейшая штука — урна с солнечной батареей, которая питает пресс и оповещатель. Влазит в 6-7 раз больше мусора, чем в обычную урну, при заполнении вызывает мусорщика.

Страховая фирма «Адище» со зданием в соответствующем стиле более чем вековой давности. Здания сохраняются, первые этажи в центре почти везде отданы под магазины и общепит.

Тишина в студенческой библиотеке достигается ещё и тем, что каждый стол и стул обиты снизу звукоизоляцией.

Сохранилось поселение викингов на острове прямо рядом с музеем деревянного зодчества. Когда тоненький мост на остров начал разваливаться, финны сами скинулись и построили новый.

Очень крутая местная особенность: на одном пути ставится по две электрички (потому что они короткие). Собственно, это как раз электрички в аэропорт.

Парковка в центре на поверхности — большая проблема. Мест мало, и они всего на час. И дорогие.

Город очень хорошо соединён трамваями, метро, паромом и электричками. Такси довольно мало. Последнее нововведение в них — вот эти таблички с именем водителя. Предполагается, что они дают конкурентное преимущество местным водителям перед мигрантами. Вообще, в городе очень безопасно, если не считать участившихся в последние годы случаев воровства (особенно около железнодорожного вокзала). Историю рассказывают обычно сразу после объяснения, что беженцев-мигрантов не очень много, потому что программа подразумевала освоение зверски холодной целины Лапландии.

Очень красивый и длинный трамвай. В середину можно заехать с коляской или на коляске.

Обратите внимание на столики и карту движения на обивке спинки кресла.

Кухня очень своеобразная. Вас ждёт лакрица (много лакрицы), рыба, олень и прочие деликатесы, определяемые природой озёрного края.

В магазине сладостей в центре города можно встретить локализацию наших сладостей (Фатцер учился на кулинара в Петербурге при царе).

Даже зимой в кухне много ягод.

Всегда много рыбы.

Эти пирожки на самом деле не самостоятельное блюдо, а основа для бутерброда.

Консервированный медведь — для туристов.

А ещё Хельсинки — столица дизайна.

Это не позвонок!

В городе очень много странных сооружений. Вот, например, «бочка тишины», она же универсальная церковь всех религий. Внутри тишина:

Библиотека в виде корабля:

Внутри, кстати, очень интересно.

Есть ретро-клуб игр (начинает работать в момент окончания школьных занятий по расписанию), большой компьютерный блок с бесплатным доступом к вин-десктопам и интернету, кластер швейных машинок и плоттеров (логичное продолжение идеи библиотеки, имхо), лаборатория 3D-печати. Ещё в библиотеке есть репетиционная база для музыкальных групп, вино, настолки и вообще куча здравого смысла. Ну и да, они почти не стесняются писать матом в официальной рекламе:

Квазикристаллическая непериодическая мозаика Пенроуза прямо на улице:

Музей дизайна гордится Angry Birds, панелью управления лесозаготовщиком «Скорпион», Маримекко и Нокией:

Есть вот такой замечательный отель:

Как вы можете догадаться, переделан он из тюрьмы, и пожить можно прямо в камере. Слоган соответствует: «Escape the ordinary».

За городом

Как обычно в Финляндии — лес и озёра. Вот лес:

Болота тут переделывали под посевные земли исторически как в Голландии, но всё равно воды осталось очень много. Вот озёра:

А вот это кое-что поинтереснее. Это муниципальный домик с дровами. И дрова в нём время от времени обновляют. Рядом организованная площадка для костра.

Это чертовски умное решение по предотвращению пожаров в лесу. Понятно, что народ всё равно будет жарить свой шашлык или варить уху. Понятно, что если не сделать площадку, происходить это будет бесконтрольно. А здесь есть место, где всё безопасно, а чтобы все соблюдали правила — оно обеспечено туалетом, дровами, скамейками, навесом-беседкой и прочим. Так дешевле, чем тушить.

Животные бродят прямо около города. Осенью можно сбить лося, в городе бродят оборзевшие кролики (для них даже есть специальный чиновник, что-то вроде замминистра по вопросам кроликов Хельсинки), в парке жили редкие птицы, включая заблудившуюся в детстве сову.

Итого

У нас есть экономически-счастливое население с зарплатой в пару тысяч евро после налогов, очень тихий и спокойный город почти без людей и машин на улицах, приятный климат с полярным днём и ночью, очень солнечными и просторными зданиями с огромными окнами и часто прозрачными потолками, море всяких продуманных штук и ништяков в дизайне и очень доброе отношение людей друг к другу.

Если вы думаете, что тут темно, холодно и страшно, то месяц-другой в году правы. Но и это тут превращают в приятную сказку, потому что сидят в тепле в финском уюте и смотрят на непогоду за окном, окуклившись в пледе. Наличие в языке слова «калсарикяннит» (ощущение, когда вы собираетесь сидеть дома в одних подштанниках и напиваться без намерения пойти куда-нибудь) подсказывает, что можно иногда ничего не делать.

Приехать и посмотреть город определённо стоит, тем более, что есть поезда «Аллегро» из Петербурга и «Лев Толстой» из Москвы, и прекрасный Finnair с их почти 4 рейсами в день из обоих городов

Жмякните по кнопке, чтобы получать только самое-самое важное про путешествия.

Материалы по теме

Заставляет задуматься, а для чего мы вообще путешествуем
© ООО «ГЛОБУС МЕДИА», 2018-2020
ПРИ ИСПОЛЬЗОВАНИИ МАТЕРИАЛОВ ССЫЛКА НА САЙТ ТУТУ.РУ ОБЯЗАТЕЛЬНА. ПОЛИТИКА ООО «НТТ» В ОТНОШЕНИИ ОБРАБОТКИ ПЕРСОНАЛЬНЫХ ДАННЫХ.

Ещё больше пользы