Как я бежал из Саудовской Аравии из-за коронавируса

Путешественник Павло Морковкин рассказывает, как добирался до Киева, опережая закрытие границ

В разгар эпидемии многие путешественники застряли за границей, а добраться до дома, чтобы самоизолироваться, стало сложной задачей. Туту Сюжеты попросили украинского журналиста Павло Морковкина рассказать, как он пытался добраться в Киев из Саудовской Аравии, когда все рейсы отменялись, границы закрывались и местные жители смотрели на европейцев исключительно как на переносчиков «короны».

Павло Морковкин

Путешественник и журналист

В Саудовской Аравии я оказался в середине февраля, тогда COVID-19 был еще какой-то непонятной фигней в далеком Китае, о которой все узнавали только из новостей. В следующие две недели СМИ писали о том, что больных вирусом фиксируют во все новых и новых странах, Саудовская Аравия прекращала прямое сообщение с Китаем, закрывала границы на въезд для иностранцев и даже приостановила визы всем паломникам, которые собирались посетить Мекку и Медину, — людей просто не сажали на самолеты в их родных аэропортах. Но на мое путешествие это пока что никак не влияло.

В начале марта Саудовской Аравии обнаружили первых больных — все они либо приехали из Ирана, либо контактировали с приехавшими.

Тут надо сделать небольшое отступление. Саудовская Аравия и Иран — согласно их конституциям, соответственно, суннитское и шиитское государства. И большинство населения в Саудовской Аравии и Иране составляют, соответственно, сунниты и шииты. Поэтому отношения между этими двумя странами, мягко говоря, недружественные. Пожалуй, единственные граждане Саудии, кто посещает Иран, — это саудовские шииты, большая часть которых компактно проживает на востоке страны. Иран, чтобы не компрометировать своих единоверцев, не ставит им печати в паспорт. По этой причине этих людей не помещали в карантин, когда те возвращались из «зараженной» страны, — в Иране официально на тот момент было больше трех тысяч заболевших и больше сотни трупов. Учитывая уровень тамошней свободы слова, можно предположить, что реальные показатели несколько выше.

Фото: из личного архива Павло Морковкина

Саудовские власти быстро блокировали зараженные регионы на востоке, но на моем маршруте это никак не сказывалось. Я уже был на западном побережье, и тут не было никаких ограничительных мер: люди собирались компаниями, гуляли по городу, работали все кафе и магазины. Единственным напоминанием о том, что кто-то где-то болеет, были посты в «Фейсбуке» и наши регулярные не особо изысканные шутки, звучащие каждый раз, когда кто-то в компании чихал или кашлял.

Постепенно ситуация ухудшалась. Для пассажиров закрылись на въезд все наземные границы, а также прекратилось морское и воздушное сообщение почти со всеми соседями. Попасть в Саудовскую Аравию стало практически невозможно, если вы не гражданин и не резидент этой страны. Кроме этого, гражданам самой Саудовской Аравии запретили ездить в отдельные страны.

На дезинфекцию закрыли самую главную мусульманскую святыню — мечеть аль-Харам в Мекке. Спустя пару дней открыли, но в ограниченном режиме: вместо тысяч паломников Каабу обходят всего несколько десятков человек — выглядит достаточно постапокалиптично. В самой стране объявили легкий карантин: закрыли школы, а матчи футбольного чемпионата проводились на пустых стадионах.

На моем перемещении по стране это все еще никак не сказывалось. Люди, которые мне встречались, относились в основном довольно спокойно. Кто-то просто угорал, кто-то рассказывал изумительные конспирологические истории о том, что вирус разработали американцы, чтобы ослабить Китай.

Фото: из личного архива Павло Морковкина

Запомнился, пожалуй, один случай. Я стопил на трассе, и когда оказалось, что водитель очередной машины не говорит по-английски, я протянул ему бумажку с текстом на арабском вроде «Я путешественник из Украины. Подвезите меня, пожалуйста, в сторону…» Водила замахал руками, закричал «Ноу! Ноу! Корона!» и дал по глазам. Я надеюсь, что он просто прочитал «Украина» как «корона», иначе с таким паническим отношением ему придется тяжеловато.

Мне предстояло попасть в Иорданию, откуда я должен был продолжить путь домой. Такой хитрый маневр имел две цели — посмотреть что-нибудь в Иордании и сэкономить на билетах: лететь в Украину из Саудовской Аравии стоило бы гораздо дороже. Пересечь границу я должен был через переход Дурра на берегу Красного моря. Иордания тоже закрыла некоторые наземные границы — с Западным Берегом и Ираком — и морскую с Египтом, но въехать из Саудовской Аравии в теории было возможно. На практике все оказалось сложнее. Когда я приехал на границу, оказалось, что Саудовская Аравия еще и запретила своим гражданам выезжать из страны. А раз саудитам запрещено выезжать из Саудовской Аравии, а иорданцам запрещено въезжать в Саудовскую Аравию, то трафика на этом обычно загруженном переходе не было совсем, и даже ворота были заперты.

И все было бы ничего, если бы не одно обстоятельство — границу запрещено переходить пешком. В нормальное время тут ездят такси, и можно даже уехать автостопом, но сейчас единственные машины, проезжающие тут, — это иорданцы, которые возвращаются домой. Таких, по словам саудовского погранца, было всего несколько за день — это насколько я понял, общаясь с ним с помощью жестов и известного мне ограниченного набора арабских слов. Погранец велел мне ждать у ворот — авось кто-то да будет ехать.

Фото из личного архива Павло Морковкина

Выбора у меня особого не было. Через Египет домой уже было не попасть. Можно было попытаться добраться через ОАЭ, но самолеты из Саудовской Аравии должны были отменить, а ехать по земле через всю страну — это две с половиной тысячи километров. До вылета моего самолета из Иордании оставалось четыре дня, поэтому время у меня было.

Но просто ждать было очень плохой тактикой. Поэтому я подходил к каждому проходящему мимо человеку в форме, объяснял на полуарабском-полужестовом языке свою историю и просил пропустить меня пешком. Все отвечали одинаково: жди машины тут, пока один — аллилуйя! — не повел меня за собой в терминал. Там я наконец-то смог пообщаться с англоговорящими людьми и попросил отвести меня к начальнику смены. Начальник оказался абсолютно вменяемым человеком, вошел в мое положение и предложил отвезти меня на иорданскую сторону, откуда меня должно будет забрать такси.

И пока на контроле сканировали мой паспорт, а начальник звонил таксисту, на терминале неожиданно показалась та редкая иорданская машина, что покидала Саудовскую Аравию. Я, радостный, запрыгнул на пассажирское сиденье. Водила в маске взял в окошке паспортного контроля санитайзер и обработал им руки, потом протянул бутылку мне. Через минуту он пожал руки всем служащим на обеих сторонах границы:
— Это все друзья мои. Я сегодня днем ехал, а они мне говорят, что граница закрыта. А я им: «Да мне на несколько часов всего лишь. Туда и обратно», — и они разрешили.

Фотоиз личного архива Павло Морковкина

В Иордании я оказался 12 марта вечером. На 16 марта у меня был запланирован перелет в Варшаву и ночной автобус домой в Украину. Оставалось расслабиться и держать кулачки, чтобы ничего не сорвалось. Но сорвалось.

13 марта Польша объявила, что закроет въезд иностранцам через два дня. Получалось, что мой рейс с большой вероятностью отменят. А даже если и не отменят, то я все равно не смогу им воспользоваться, потому что варианта улететь домой из того же аэропорта, не проходя границу, не было: с 17 марта в Украине отменялись все регулярные рейсы. Еще в теории была возможность улететь в какую-то пока еще открытую соседнюю с Украиной страну и добираться по земле, но этот план был так себе.

Вдобавок в Иордании ситуация была несколько хуже, чем в Саудовской Аравии. То ли население тут более невежественное, то ли всеобщая паника поглотила их мозги, но, как и жители многих других стран, они решили, что раз вирус к ним пришел из Европы, то все люди со светлой кожей заразные. Местные мамаши с детьми отсаживались от меня в автобусе и шептались «Корона! Корона!», кое-кто даже закрывал при виде меня лицо руками — идиот: трогать лицо ведь намного опаснее, чем общаться с европейцем, даже зараженным.

В итоге я чудом купил билет через Анкару, обеднел на 200 долларов и попал на родину в последний день перед закрытием авиасообщения. Пока ехал по Иордании, увидел что рейс в Варшаву таки отменили. За это Ryanair — пусть хранят их все транспортные боги — вернул мне полную стоимость билета, чем несколько сгладил горечь потерь. Впрочем, сейчас я читаю, каких усилий и денег другим людям стоило добраться домой, и понимаю,что я отделался очень легко.

Следить за другими путешествиями Павло можно в его Telegram-канале.

Этот материал был вам полезен?
Рассказать друзьям