Настроение: стрит-фото из стран Латинской Америки

И гид по странам региона для тех, кто не отличит Перу от Чили

Мария Плотникова больше десяти лет снимала улицы городов Латинской Америки, а еще составила емкий гид по этому региону. Чем Гватемала отличается от Венесуэлы? А правдивы ли рассказы про Бразилию? Посмотрите ее фотографии — откроете для себя целый материк, выберете страну для посещения и порадуетесь солнцу. 

уличный фотограф

С 2008 по 2017 годы я посетила почти всю Латинскую Америку, и результатом стал огромный архив фотографий о повседневной жизни этого безумно яркого и живого континента. Я готовлюсь издать фотокнигу с лучшими снимками — сейчас на «Планете.ру» идет сбор денег на издание Terra Colorida, и вы можете поддержать проект.

Куба

На Кубе я оказалась в 2008 году. Именно здесь я открыла для себя жанр стрит-фотографии и стала ассоциировать его с Латинской Америкой.

В то время я работала в Москве спортивным фотографом, каждый день снимая тысячи кадров и оттачивая мастерство ловли решающего момента: голы, очки, секунды, слезы, радость, отчаяние… А на Кубе я окунулась в бесконтрольный поток уличной жизни, поразивший меня своей энергией и красотой. Кубу невозможно не романтизировать, невозможно в нее не влюбиться.

Несмотря на тотальную бедность населения, сущность Кубы никогда не меняется: свобода, смех, открытость, любовь. Повседневная жизнь кубинцев открыта посторонним настолько, что иногда ощущаешь себя в реалити-шоу. Здесь никто не стесняется фотоаппарата, люди просто живут своей жизнью, и разнообразие сюжетов в какой-то момент просто парализует. Необходимо сделать перерыв за стаканчиком мохито в захудалом баре для местных, что в старой Гаване, — и снова на улицу!

Аргентина

В столице Аргентины, Буэнос-Айресе, я прожила три года и с уверенностью могу сказать, что лучше города для жизни не сыскать во всей Латинской Америке. В меру европейский, в меру безопасный, пропитанный духом золотого века аргентинской культуры, Борхесом, Пьяццоллой, Эвитой Перон. Cовременный Буэнос-Айрес дышит футболом и протестами, феминизмом и политикой.

В Аргентине проживает крупнейшая в Южной Америке русскоязычная диаспора: русские, украинцы, казахи. Всего около 300 тысяч человек. Наши, лишенные любимой гречи и черного хлебушка, плотно сидят на дульсе де лече — классическом аргентинском десерте, напоминающем родную вареную сгущенку. На аргентинские стейки и мальбек переходят легко и без внутренних конфликтов, попутно теряя несколько килограммов лишнего веса.

По всей Южной Америке ходят легенды о лености и праздности аргентинцев, об их необязательности и непунктуальности. В Аргентине просто невозможно работать, строить бизнес-планы и графики развития. Аргентина занимает первое место в списке стран с наибольшим количеством праздничных нерабочих дней в году, а пособия по безработице тут не получает только истинный трудоголик.

И всё же есть одна вещь, ради которой аргентинец с удовольствием жертвует покоем и нервами, — футбол. Марадона и Месси тут приравнены к божествам, а сезонные клубные абонементы выписывают детям, находящимся еще в утробе матери.

Бразилия

Страна карнавалов, самбы, широких белозубых улыбок, кашасы и капириньи, подтянутых чернокожих футболистов на белом песке Копакабаны… Живи да радуйся! Но не тут-то было. Все стереотипы русских о бразильцах, так пылко воспеваемые со времен Остапа Бендера, с треском рассыпаются сразу после прилета в Сан-Паулу.

Бразилия — это безликие бетонные мегаполисы, нервные напряженные люди, огромное социальное расслоение, коммерциализация всего святого (футбола, карнавала и религии), преступность и расизм. Эта темная сторона сразу бросается в глаза, потому что именно Бразилия в русской культуре воспета на все лады как в кинематографе, так и в литературе и других видах искусства.

Разумеется, первое впечатление обманчиво, и вот я уже брожу по уютнейшим колониальным улочкам Сальвадора, припоминая клип Майкла Джексона They don’t care about us и замирая от красоты архитектурной перспективы. Или еду в переполненном автобусе в Сан-Паулу с тяжелым рюкзаком за спиной, и милейшая пожилая женщина предлагает взять рюкзак на колени, а потом этот фокус повторяется во втором и третьем автобусе, и я понимаю, что это заботливая бразильская традиция.

Бразилия огромна и безгранична, почти как Россия. Африканский север так не похож на немецкий юг, а итало-японский Сан-Паулу — на влажный индейский Манаус. Бразилия — самое мощное и развитое государство Латинской Америки, но очень одинокое на своем континенте. Со всех сторон окруженные испаноязычными странами, бразильцы принципиально не учат испанский язык, а в школах преподают английский.

Мексика

Про Мексику ходит много нехороших слухов. В американском кинематографе давно устоялся образ типичного мексиканца как жестокого головореза в шелковой рубашке с перстнем на мизинце, позолоченным стволом и женой, которая выглядит как Пенелопа Крус.

Всякое бывает, но для меня Мексика — это культура и история. Нигде в Латинской Америке не умеют так свято хранить историю. Если бы не Эрмитаж, местный Музей антропологии в Мехико был бы любимым музеем, а прекрасно отреставрированные местные пирамиды спокойно составят конкуренцию знаменитой пирамиде Хеопса.

В Мексике эта связь времен витает в воздухе: майя и ацтеки никуда не делись — они ходят вместе с нами на рынок за приправами, пьют Кока-колу как ритуальный напиток, застольничают с черепами умерших родственников в ночь на 31 октября, выращивают сто сортов кукурузы, ориентируются в столичном метро по своей пиктограммной схеме.

Боливия

Нет ни одной страны в Латинской Америке, где бы коренное население чувствовало себя так же уверенно, как в Боливии. Когда к власти в 2010 году пришел Эво Моралес, местные индейцы наконец вздохнули после многовекового колониального гнета. Особенно это почувствовали индейские женщины, «чолиты», — они смогли работать в правительстве и адвокатских конторах, учиться, быть журналистами, открывать модельные агентства.

В целом боливийцы безгранично толерантны к любым сообществам, а Боливия — самобытнейшее государство, прямо сегодня вступающее в новую эпоху своего развития.

Колумбия

С Колумбией у меня связано одно пренеприятнейшее воспоминание. В 2010 году, впервые приехав в Боготу, я обнаружила себя на ватных ногах с прохладным дулом пистолета у виска. Подросток орал на ухо «Отдавай рюкзак!» (в нем лежал любимый фотоаппарат), заодно заставляя снять кофту, — видимо, своей девушке в подарок. Это был классический грабеж средь бела дня, после которого я усвоила простое правило: никогда не ходить в безлюдных местах, всё время оборачиваться, сканируя пространство на предмет «хвоста», и при любой непонятной ситуации быстро уходить, путая следы. С 2010 года меня больше не грабили.

В остальном Колумбия подарила массу приятных воспоминаний: больше нигде в Латинской Америке я не ела таких вкусных жареных бананов, не слышала такой чистый испанский язык, не видела такого уважения к старшим.

Чили

Перед поездкой в Чили я пыталась влезть в шкуру чилийца и представить себе, как думает о мире человек, который живет на узкой полоске суши между холодным Тихим океаном и острыми неприступными Андами. Там, где невозможно проехать по дороге из одного конца страны в другой, ведь земля изрезана фьордами, где тысячелетние ледники и голубые озера на юге соседствуют с северной Атакамой — самым сухим и звездным местом на планете.

Страну постоянно раздирают внутренние противоречия, это земля протестов и одной из самых жестоких военных диктатур XX века. Здесь очень сложные отношения между коренным населением и потомками колонизаторов, а постоянная рефлексия над своей историей держит общество в сильном напряжении.
При всем этом чилийцы довольно трудолюбивы: здесь делают вино, ловят рыбу, добывают полезные ископаемые. И это позволяет стране много лет находиться наверху рейтинга самых благополучных стран Латинской Америки.

Перу

Перу оставляет впечатление страны с одним из лучших туристических сервисов Южной Америки, причем туризм тут не попсовый пляжно-жрачный, а заточенный на исторические и культурные памятники: Куско, Титикака, Наска, Мачу-Пикчу. Все памятники содержатся в прекрасном состоянии, и к ним организована бесперебойная круглогодичная доставка бежевошортых американских туристов. Удивительно, но при этом в Перу «гринго» («белый американец») является ругательством, и когда я слышала это слово в свой адрес, то медленно поворачивалась и говорила «Я русская!».

Эквадор

По легенде, творец был так впечатлен гостеприимством абхазов, что в знак благодарности отдал им земли, которые изначально оставил для себя. Эквадор по части легенд происхождения повело в ту же степь, и неудивительно: на небольшом клочке земли есть и вулканы на 6000 метров вверх, и непроходимые амазонские джунгли, и дикие индейские племена, и водопады, и красивейшие колониальные города, и побережье, и плодородная земля… А главное у Эквадора есть Галапагосы. Не занесло бы туда в свое время Чарльза Дарвина, и мы бы учились по совсем другим учебникам биологии.

Уругвай

Уругвай — это тишайшая страна с населением 3,5 миллиона человек, прекрасное место для медитативной жизни в неторопливых размышлениях о судьбах мира. Здесь только пастбища, пара курортных городков, красавица-столица и футбольные поля. Уругвайская сборная по футболу является одной из самых титулованных команд в истории.

Монтевидео можно назвать личинкой Буэнос-Айреса, настолько столица Уругвая напоминает своего южного соседа. Люди здесь говорят на том же шипящем испанском, теми же литрами пьют мате, так же страстно болеют за свои футбольные клубы, так же медлительно работают в своих лавочках с тысячей мелочей.

Венесуэла

Венесуэла на сегодня самая несчастная страна Латинской Америки. Политические игры довели экономику до катастрофы, и теперь население вынуждено покупать туалетную бумагу в соседней Колумбии, а за килограмм риса отвешивать килограммовую пачку потрепанных денег.

Я оказалась в Венесуэле в 2013 году, когда еще не всё было так плохо. Но уже тогда меня поразило, что с наступлением сумерек оживленная центральная улица превращается в пустынное неприветливое пространство с глухими металлическими ставнями, спешащими по домам торговцами и постоянными предостережениями об опасности.

Всё, что осталось у Венесуэлы, — это невероятной красоты природа: водопад Анхель, гора Рорайма и прочие тропические прелести.

Парагвай

У Парагвая очень печальная история: еще в XIX веке он был одним из самых развитых государств Латинской Америки с интересным экономическим устройством, развитой культурой и наукой, но в результате Парагвайской войны 1864-1870 годов Бразилия, Аргентина и Уругвай полностью разорили маленькую страну, а мужское население Парагвая сократилось на 90 %.

Таким поломанным, несчастным и осиротевшим Парагвай остался и до наших дней. Парагвайцы живут простой жизнью без особых стремлений, пьют мате, челночничают в Бразилию, играют в футбол, стараются вытрясти побольше деньжат с редкого залетного туриста. Рекомендую всем любителям декаданса посетить столицу Уругвая — обветшалый Асунсьон. 

Гватемала

Да, Гватемала — это толстые металлические решетки на окнах, вооруженные охранники в кондитерских и высоченные заборы. Но даже в столице можно найти аутентичные безопасные районы: например, я наткнулась на целый квартал мастерских по производству пиньят — традиционных бумажных игрушек для детских праздников.

В Гватемале есть и чудесный гористый север с древними пирамидами, средневековыми городками, добрейшими крестьянами, мягким прохладным климатом и удивительными индейскими праздниками. Есть потрясающей красоты вулканы, которые то и дело дымят и плюются лавой — рай для пейзажного фотографа. Есть пряничная Антигуа-Гватемала, историческая столица с прекрасно сохраненным колониальным центром и кучей сувенирных лавочек. Однозначно, Гватемала стала для меня неожиданным открытием и страной, куда хочется вернуться.

Сальвадор

Сальвадор мне показался еще одним штатом США. Убираем всё типично центральноамериканское, и в остатке у нас доллар как национальная монета, американские ресторанчики, 50 % товарооборота с США, любовь ко всему американскому. Убираем всю эту американофилию, и в остатке у нас наркомафия, которая круглые сутки кошмарит местное население, переполненные тюрьмы и другие напасти. При восхождении на вулкан Санта-Ана к нам в сопровождающие за небольшое вознаграждение навязался человек в полицейской форме, объясняя свою компанию страшными рассказами о местных бандах.

Никарагуа

В Никарагуа есть столица Манагуа, пока что не восстановленная после крупнейшего в истории страны землетрясения (а куда торопиться, прошло-то всего 48 лет). Есть прелестный колониальный городок Гранада, куда приезжают встретить дешевую теплую старость пенсионеры из Канады и США. Есть вулкан Масая с открытым кратером, где можно безопасно посмотреть на кипящую лаву и услышать ее утробное бульканье. И есть голубые мечты о светлом будущем, связанные со строительством Великого трансокеанского канала Никарагуа. Правда, сейчас строительство заморожено, но чем черт не шутит.

Панама

Панама — это крупнейший и богатейший мегаполис Центральной Америки, крупнейший офшор Нового света, граница двух континентов, торговая столица региона. Здесь невыносимо жарко, и даже дыхание двух океанов не спасает от убийственного зноя. Панама — рай для серферов, сюда съезжаются на зимовку волосатые блондины со всего мира. Правда, говорят, волны настолько хороши, что зимовка может растянуться на несколько лет.

Гондурас

В столице Гондураса Тегусигальпе разлита тревога и напряженность, вплетенная в клубки колючей проволоки, которая километрами вьется по окнам, заборам, дверям, решеткам. Местный таксист с ходу жалуется на мафиозную крышу, которой он отдает чуть ли не половину заработка ежемесячно, а при входе в магазины, банки и другие приличные места висят таблички с перечеркнутым пистолетом и темными очками.

Коста-Рика

В Коста-Рику надо ехать смотреть на флору и фауну, и только на них! Этот клочок земли между Панамой и Никарагуа отвечает за 6% мирового биоразнообразия. Коста-Рика битком набита ленивцами, туканами, лягушками, лианами и влажными лесами. А еще в Коста-Рике живут самые счастливые люди на земле, и этот факт задокументирован в ежегодном рейтинге счастья.

Автор текста и фотографий Мария Плотникова

Этот материал был вам полезен?
Рассказать друзьям

Ещё больше пользы