Племена Амазонки

Александр Фёдоров больше года путешествовал по земле коренных народов Южной Америки
6 сентября 2018

Авторский проект фотожурналиста Александра Фёдорова и журналистки Елены Срапян уже вышел за рамки фотоистории. За время долгого путешествия по Латинской Америке проект вырос в мультимедийную выставку, открытие которой планируется в Москве. Представляем читателям «tutu! сюжетов» увлекательный в своих подробностях рассказ о жизни пяти амазонских племён.

В XV веке быт индейцев Амазонии начал трагично меняться: сначала в девственную сельву пришли искатели золота, потом их сменили охотники за каучуком и редкими минералами. Сейчас сельва страдает от добычи нефти, браконьерства и лобби сельхозпроизводителей. Племена подвергались истреблению, индейцев угоняли в рабство, они тысячами вымирали от неизведанных прежде болезней — но некоторые народы все же остались на родной земле. Их история заслуживает того, чтобы быть рассказанной.

Яномами
(Венесуэла — Бразилия)

Они произошли от крови луны, которая однажды пришла на землю, чтобы пожрать кости великого шамана. В ярости люди атаковали луну стрелами, и она, израненная, вернулась на небо; их мать — анаконда, на которую напала гарпия: из головы поверженной анаконды вышли женщины, из хвоста — мужчины.

Из всех коренных народов Амазонии яномами можно по праву назвать самыми известными. Всех, кто не относится к яномами, тут называют «напе», что буквально переводится как «иностранец, горожанин, опасный чужак». Их язык не связан с другими группами языков Южной Америки.

Яномами населяют предгорья Сьерры-Паримы и верховья Ориноко. За исключением немногочисленных саванн на севере, территория яномами покрыта тропическим дождевым лесом. Географический центр территории яномами в Венесуэле — территория между Сьерра-Паримой и Ориноко, включая долины рек Окамо, Манавиче и Мавака. Также группы яномами живут с бразильской стороны хребта.

Остров на реке Ориноко в зоне расселения яномами. Фото: Александр Фёдоров

Слово «яно» значит «дом», и это показывает важность жилища для яномами. Из пальмовых листьев и других лесных материалов они возводят общинные дома, которые называются шабоно. Шабоно представляет собой круглое строение из односторонних навесов с открытым пространством посередине. Спят яномами в гамаках. Дети до четырех лет обычно спят с родителями. Яномами вступают в брак рано, иногда встречается многоженство.

Мужчины охотятся и рыбачат с луками, основным оружием яномами. Женщины рыбачат с леской и крючками.

Ритуалы охватывают все стороны жизни яномами. Самый яркий из них — похороны члена племени. Когда кто-то умирает, два дня вся община горько плачет. Тело предают огню в центре шабоно. После кремации проводится ритуал, известный под названием «реау»: члены общины смешивают небольшое количества праха с водой и выпивают это.

Также часто проводят обряд вдыхания йопо — это галлюциногенный порошок из коры дерева. Ведет обряд шаман, который есть в каждой деревне. Вождей у яномами нет, общество эгалитарно.

Традиционно яномами не носят одежду. Мужчины просто подвязывают пенис к животу. Женщины надевают хлопковые нити на торс для красоты. Также яномами делают пирсинг: они продевают тонкие палочки через нос и нижнюю губу в нескольких местах.

Пища яномами — плоды их садов, которые называются кануко, а также охота и собирательство. Базовым продуктом является горький маниок, из которого готовят крупу и лепешки касаве, высушенные на солнце. Помимо крупной и мелкой дичи, часто пищей яномами становятся съедобные личинки.

Член племени яномами с охотничьим луком. Фото: Александр Фёдоров

Ашанинка
(Перу — Бразилия)

«Каяхуари Яку» — так называют индейцы эту страну. «Страна, которую Бог не досоздал». Только когда здесь исчезнут люди, верили они, вернётся Он и закончит свою работу.

Ашанинка — многочисленный народ, большая часть которого живет в Перу (около 40 тысяч человек). Говорят на языках ашанинка (с диалектами) группы кампа аравакских языков. Ашанинка торговали ещё с империей инков и после конкисты испытали на себе влияние завоеваний, католической христианизации и каучуковой лихорадки.

Несколько общин мигрировали во время гражданских столкновений в Перу и сейчас живут на территории Бразилии. В первую очередь ашанинка пострадали от деятельности коммунистической группы Sendero Luminoso («Светлый путь» — исп.), которая в 90-х годах контролировала центральную часть территорий ашанинка. Больше всего пострадали общины на реке Эне, священной для этого народа.

Индейцы ашанинка в традиционных платьях — кушмах — ищут вшей у девочки. Фото: Александр Фёдоров

Член племени ашанинка на одном из притоков реки Пичис. Фото: Александр Фёдоров

Эти личинки, которые ашанинка добывают из гнилых стволов пальмы, используются в пищу. Фото: Александр Фёдоров

Ашанинка живут в дождевых и облачных лесах на западе Перу и востоке Амазонской низменности, на большой территории от предгорий Анд в перуанских штатах Хунин, Паско, Уануко и Укаяли до равнин бразильского штата Акри.

Традиционно ашанинка спали на земле, покрытой сплетёнными листьями кокосовой пальмы, под небольшими навесами, но сейчас большая часть живёт в небольших открытых домах на сваях. Особое внимание уделяется чистоте — жилище и двор подметают три-четыре раза в день. Спят на деревянных полатях, дети спят вместе с родителями или в небольших гамаках.

Одеваются ашанинка в традиционное платье-кушму, тканное из плотных лубяных или хлопковых волокон. Женская и мужская кушмы различаются кроем и украшениями.

Широко используют ручное подсечно-огневое земледелие (выращивают какао, рис, сладкий маниок, батат, кукурузу); сельское хозяйство очень развито. Поля простираются так далеко, что ашанинка строят временные жилища — «чакры» — ближе к обрабатываемой части и могут проводить там недели.

Девочка из племени ашанинка стоит на сушёной кукурузе. Фото: Александр Фёдоров

Мужчина из племени ашанинка сидит у своей хижины. Фото: Александр Фёдоров

На охоту ходят с луками и огнестрельным оружием. Женщины рыбачат с плотов из бальсы — древесины, которая легче пробки. Сохраняется производство традиционной керамики, ткачество, изготовление долблёных лодок. Деревни населяют группы родственных семей, общины возглавляют временные выборные лидеры — как мужчины, так и женщины.

Для общества ашанинка характерна философия kametsa asaiki — «хорошей жизни» общины, когда быт строится на взаимопомощи и доброжелательных отношениях.

Охотники, члены племени ваорани. Фото: Александр Фёдоров

Ваорани
(Эквадор)

Первый мирный контакт с немногочисленным изолированным народом ваорани попытались установить в 1956 году. Ничего не вышло — пятерых миссионеров убили копьями. Сейчас кланы ваорани проигрывают битву нефтяным компаниям. Спустя полвека государство разрешило эксплуатацию ресурсов на территории национального парка Ясуни, который оставался последним нетронутым участком сельвы ваорани.

Этнобиолог Уэйд Девис в книге One River утверждал, что раньше 54% мужчин и 40% женщин ваорани погибали в межплеменных войнах. До 1958 года никому не удавалось попасть в общину ваорани и выбраться живым. Два клана — тагаери и тароменане — все еще остаются в добровольной изоляции.

Ваорани живут на небольшой территории в тропическом лесу на востоке Эквадора, которая частично пересекается с национальным парком Ясуни. Это богатые нефтью места, и с середины XX века ваорани постоянно конфликтуют с правительством и нефтяными компаниями в попытке отстоять свою среду обитания.

По разным оценкам, численность племени составляет от 1500 до 4000 человек. Многих переселяли в конце прошлого века ближе к городам и нефтедобывающим станциям, но около половины кланов всё ещё остаются в тропических лесах и сохраняют традиционный уклад жизни. Исторически ваорани не умели строить каноэ, поэтому их территория ограничена широкими реками: Напо на севере и Курараем на юге.

Дети ашанинка играют в деревне Сан Хуан де Диоз на реке Пичис. Фото: Александр Фёдоров

Девочка ваорани красит лицо содержимым фрукта ачоте. Фото: Александр Фёдоров

Девочка из племени тикуна, дочь главы деревни Начо. Фото: Александр Фёдоров

Ваорани частично сохранили традиционные дома онко: двускатные крыши, покрытые пальмовыми листьями и стоящие прямо на земле. Сейчас большинство использует онко как кухню и место для досуга, а спят и хранят вещи в более современных деревянных домах на сваях. Спят в гамаках, их изготовление — один из промыслов. Брак у ваорани договорной, допустимы разводы, многожёнство и многомужество.

Важной частью жизни ваорани была кровная месть. Шаман племени искал причины всех несчастий, от потопа до болезней, в других общинах — так начинался цикл убийств. Сейчас ваорани отходят от этой традиции, но иногда происходят стычки с изолированными кланами. Общество ваорани эгалитарно, поэтому решения принимаются на общих собраниях.

Раньше ваорани практически не носили одежду. Женщины перебрасывали через грудь связки пальмового волокна, а мужчины подвязывали пенис к животу. Для ваорани характерны рисунки чёрной краской на руках — извилистые орнаменты обозначают священную анаконду или реки, на берегах которых ваорани живут.

Без лодок ваорани было бы сложно добиться успеха в рыбалке, зато охотники они превосходные. Для крупной дичи чаще используют толстые копья, для мелкой — духовое ружьё и дротики, смазанные ядом кураре. Выращивают разные культуры, из горького маниока делают ферментированный напиток. Но главным продуктом питания остаётся персиковая пальма, или «чонта» — от её урожая в культуре ваорани отсчитывается год.

Охотник ваорани с добычей. Фото: Александр Фёдоров

Корона индейцев ваорани. Она принадлежит вождю общины Пенти и украшена перьями ара. Фото: Александр Фёдоров

Онко — традиционное жилище индейцев ваорани. Фото: Александр Фёдоров

Охотник ваорани. Фото: Александр Фёдоров

Тикуна
(Колумбия — Перу — Бразилия)

У каждой маски есть история. Это злые духи, которые приходят, чтобы убить девочку, которая стала взрослой. Если она увидит священный инструмент — рог урикана, то непременно умрёт. Его придётся прятать днём в реку и доставать, только когда девочка спит. Таковы традиции ритуала пелазон.

Тикуна — многочисленное племя, живущее на территории современных Колумбии и Бразилии. Их больше 50 тысяч человек. Исторически земли тикуна принадлежали индейцам омагуа из группы тупи-гуарани, но европейские болезни и активное участие этих индейцев в споре двух колониальных империй за господство уничтожили омагуа полностью. И тикуна мигрировали из глубин сельвы к берегам самой Амазонки.

Раньше тикуна жили в родовых малоках (общинных домах). Такие малоки можно встретить и сейчас в удалённых деревнях в Колумбии. В семидесятых годах у индейцев тикуна было более ста деревень.

Общество индейцев тикуна разделено на две фратрии — группы кланов. Одну фратрию образуют кланы, носящие имена птиц, другую формируют кланы, носящие имена растений. Даже кланы Ягуара и Муравья-листореза — млекопитающего и насекомого — относятся к фратрии «растений»: обычно тикуна называют их кланами «без перьев». Ни один человек не может вступить в брак с представителем его же фратрии.

Тикуна в церемониальных костюмах. Фото: Александр Фёдоров

Механизм присваивания имён детям, неотделимый от этой системы, позволяет чётко определять социальную принадлежность любого индейца тикуна.

Тикуна выращивают сладкий маниок, батат, сахарный тростник и многие другие культуры. Популярен масато — слабоалкогольный ферментированный напиток. Раньше, когда основу рациона составляло мясо дичи, рыболовство играло небольшую роль. Но с тех пор, как индейцы тикуна заняли прибрежные районы Амазонки, рыболовство стало важнейшим промыслом.

В прошлом индейцы тикуна охотились с помощью духовых трубок, стреляя дротиками с кураре. Сегодня же чаще всего используются ружья.

Тикуна знамениты ритуалом женской инициации, который называется пелазон. Его проводят после первой менструации девочки. Празднуют в полнолуние, и на праздник собираются гости из соседних кланов. Четыре дня девочка играет на барабанах, поёт и танцует. В один из дней её посещают духи, которых играют жители деревни в церемониальных костюмах.

В конце праздника из головы девочки вырывают волос за волосом, пока она не облысеет. Это — подготовка к боли при родах. Сейчас многие тикуна утратили этот ритуал, но в некоторых общинах его возрождают — правда, не в такой жестокой форме.

Лавка в общине тикуна. Фото: Александр Фёдоров

Представитель ЛГБТ у индейцев тикуна. Фото: Александр Фёдоров

Пираха
(Бразилия)

Перед вами — одно из самых малоизученных контактных племён в Амазонской сельве. После десятков лет исследований и взаимодействия с окружающим миром пираха остаются монолингвальны. Они почти не переняли современных предметов быта. И ни один представитель пираха не научился считать. Оказывается, что всё дело в их языке — он не похож ни на что в мире.

Пираха — небольшое племя, живущее на территории Бразилии неподалёку от Мадейры. Их численность составляет всего около 500 человек. Селятся пираха на песчаных, покрытых тропическим лесом берегах реки Маиси. Они всё ещё ведут полукочевой образ жизни охотников-собирателей.

Культура и язык пираха очень необычны. На данный момент в языке пираха выделяют всего 11 фонем, и это делает их алфавит одним из самых коротких в мире. Недостаток букв делает слова очень длинными, а повторение одинаковых гласных подряд может доходить до четырёх. Язык пираха тональный — и не только: есть версия, что в нём имеют значение нотно-тактовые отличия. На сегодняшний день языком пираха в достаточной для общения степени владеют только два человека в мире — американские лингвисты Дэниэл Эверетт и Керен Мадора.

Обучить пираха португальскому языку, на котором говорит Бразилия, тоже не получается, хотя правительство страны построило на территории пираха школы и регулярно присылало учителей. Не умеют пираха и считать — только в последние годы некоторые из них с трудом освоили счёт до 10, но простые арифметические действия им всё ещё недоступны. Поэтому контакт племени с внешним миром ограничен, и часто он может быть опасен для пираха.

Деревня пираха у трансамазонского шоссе. Фото: Александр Фёдоров

Живут пираха небольшими общинами. Их хижины примитивны: это небольшие навесы из пальмовых листьев, высотой не больше двух метров. На небольшой высоте под навесом из веток делается лежанка, где спят по ночам. В сухой сезон вся община переезжает на песчаные отмели Маиси, и тогда пираха часто спят просто на песке. Браки у пираха достаточно открытые, партнёры могут сходиться и расходиться в течение жизни.

Мужчины пираха носят современную одежду — шорты и футболки, а женщины ходят в однотипных платьях из простой ткани, шить которые пираха научили миссионеры.

Календарь пираха — лунный, и каждый месяц в ночь перед полнолунием начинается большой праздник: все члены общины ходят по кругу и поют для духов леса.

Основной рацион — рыба и дичь. Помимо этого, пираха питаются фруктами, орехами, корнеплодами, иногда растят немного горького маниока и батата. Охотой и рыбалкой с луками занимаются мужчины, женщины могут рыбачить с леской и крючком или охотиться на мелких животных с собаками.

Индеец пираха возвращается с охоты. Фото: Александр Фёдоров

Белен

История о районе Белен в Икитосе, который создали мигранты из амазонских деревень, и репортаж из старого музея индейской культуры в Рио-де-Жанейро, в котором переехавшие в мегаполис представители коренных народов мечтают сделать индейский университет.

Белен — это район Икитоса, созданный первыми переселенцами из индейских общин и деревень метисов с притоков рек Укаяли и Мараньон времен каучукового бума. Сегодня в Белене проживает шестьдесят пять тысяч их потомков, живущих в смешанных семьях.

Со времён каучукового бума вид Белена не менялся. Он занимает часть Икитоса, сезонно затопляемую при подъёме уровня воды в Амазонке, а экономика района основана на рыболовстве и речной торговле. Несмотря на соседство с Икитосом, Белен продолжает следовать общинному образу жизни, зависящему от Амазонки. Из реки берут воду, в ней ловят рыбу, и в неё же сбрасывают мусор. Район поделен на тридцать общин, которыми управляют местные семьи. В Белене нет централизованного управления, а следовательно, и всех удобств города по соседству: канализации и водоснабжения.

Влюблённая пара из племени тикуна. Фото: Александр Фёдоров

Поселение мигрантов из амазонских деревень в районе Белен в Икитосе. Фото: Александр Фёдоров

Девочка играет возле дома на сваях в районе Белен в Икитосе. Фото: Александр Фёдоров

Вскоре после окончания каучукового бума Белен начали заселять метисы. Индейское население перемешалось между собой. Сейчас в Белене практически не проживает чистокровных индейцев, но их образ жизни, который они однажды принесли с собой, теперь формирует быт нескольких тысяч человек.

Выходцы из индейских общин в затопляемом районе Белен в Икитосе. Фото: Александр Фёдоров

В 2016 году правительство Перу решило переселить район Белен. Основная причина — отсутствие санитарии. Мусор и экскременты смываются прямо в воду реки, на которой и стоит район. Причём этой же самой водой жители Белена пользуются каждый день для личной гигиены. На момент написания этого текста только несколько семей из всего населения Белена подписались на предложенную правительством схему переезда. Остальные категорически против. Переселение, по мнению жителей Белена, угрожает лишить их единственного источника средств к существованию: рыболовства и речной торговли.

Следите за информацией об открытии мультимедийной выставки AMAZONAS в Instagram автора и Telegram проекта.

Этот материал был вам полезен?

Чтобы не пропустить наши новые материалы, подписывайтесь на наши сообщества в Facebook и «ВКонтакте», ищите новые видео на нашем YouTube-канале, читайте нас в «Яндекс.Дзене» и подписывайтесь на нашу еженедельную рассылку

Ещё больше пользы