Тридцать шесть видов Дегтярска

Фёдор Телков снимает шахтёрский город, над которым возвышаются терриконы — гигантские горы отработанной породы

«Тридцать шесть видов Фудзи» — набор гравюр японского художника Кацусики Хокусая, родом из XIX века. На гравюрах изображены разные люди, лодки, деревья, дома, но всегда и везде над ними возвышается вулкан Фудзияма.

Екатеринбургский фотограф Фёдор Телков увидел в Дегтярске свою Фудзияму — горы отработанной породы, которые возвышаются над городом как памятник его шахтёрского прошлого.

Фотограф
30 октября 2018

Первый раз я оказался в Дегтярске в 2012 году. Это была поездка с сотрудниками екатеринбургского филиала Государственного центра современного искусства. Они смотрели площадки для предстоящей биеннале, а я эти площадки фотографировал. В этом же 2012 году на вершине того террикона Тима Радя сделал свою инсталляцию. 

Тимофей Радя — екатеринбургский уличный художник. В 2012 году в Дегтярске он представил одну из своих инсталляций: сферу из книг, четыре метра в диаметре. Сфера называлась «Камю» и была иллюстрацией к эссе Альбера Камю «Миф о Сизифе». Эссе начинается со слов: «Боги приговорили Сизифа поднимать огромный камень на вершину горы, откуда эта глыба неизменно скатывалась вниз». 

Я был потрясён этой жёлтой горой, которая видна издалека. Почему-то я мельком подумал, что пейзаж похож на гравюры Хокусая, и даже вслух про это пошутил. Уже после я начал искать смысловые связи, прорабатывать визуальную концепцию, смотреть все работы Хокусая с Фудзи и пытаться держать в голове его сюжеты и композиционные приёмы.

Этот проект я снимал три года, с 2012 по 2015. Сначала я выбрал несколько идей, потом их забросил и дальше ездил в Дегтярск по плану: либо там происходит какое-то событие, либо складываются особые погодные условия. Например, однажды я съездил туда, чтобы отснять гору через парад на дне ВДВ. Были поездки, из которых я ничего не привозил, то есть фотографии из них не вошли в проект. 
Добирался на автобусе из Екатеринбурга, дорога занимала примерно час. Сперва это были «разведочные» поездки: на удачу, на поиск и на исследование локаций. Нужно было пешком обойти почти весь город и понять, откуда видно гору, где есть интересные сюжеты, передние планы и так далее. 

Кроме «36 видов» были ещё две идеи. Мне очень хотелось как-то проработать связь бывших шахт и города, шахт и работавших там людей. Сначала думал снимать диптихи: c одной стороны — порода, камни, с другой стороны — город и люди. Но это очень поверхностная идея. 
 
Потом с помощью местного краеведческого музея я собрал в местном ДК несколько бывших шахтёров. Снимал их портреты, разговаривал… Эта тема оказалась очень болезненной для города, ведь почти все его жители прежде работали на этих шахтах, их закрытие — травма для них. При этом медные шахты — очень вредное производство. У шахтёров ближе к пенсионному возрасту появлялись серьёзные проблемы со здоровьем. Поэтому героев найти было сложно. 

За три года съёмок я сменил несколько объективов и камер. Менялись времена года и погода, типы освещения. В цвете это не складывалось в одну историю, смотрелось очень дробно. Чёрно-белый формат помог визуально объединить снимки. 
 
Кстати, самая известная серия Хокусая — «36 видов Фудзи» — сделана в цвете, а менее известная «100 видов Фудзи» — чёрно-белая. 

В 2016 году с этой серией я выиграл международный конкурс Fotocanal Photography BOOK Contest, и в Испании напечатали книгу с видами Дегтярска. Это удача, в издательстве Ediciones Anómalas работают волшебники, я был поражен качеством и подходом к работе. Они взяли на себя все заботы о продвижении и продажах, книга есть практически во всех специализированных книжных магазинах Европы. Резонанс был очень большой, и по некоторым рейтингам она попадала в десятку лучших фотокниг в 2017 году.
Мне очень помогла сотрудница краеведческого музея Гульнара. Она тоже искала архивные материалы, а однажды мы с ней обошли все известные ей здания, из которых видны терриконы, это было очень здорово. Гульнара говорила, что это очень важная для города и для неё тема, ведь её папа всю жизнь работал на шахте. 

Самым эпичным моментом проекта было восхождение ранней весной на гору Лабаз, с которой открывался вид на весь город и оба террикона. Я хотел снять типично русский пейзаж с березами. Наверх шёл по южной стороне, по оттаявшим под солнцем камням. А вниз спускался с северной стороны, по пояс в снегу. 
Терриконы особенно любят дети. Они по ним лазают, а зимой ещё и катаются с подножий. Иногда их используют как романтичные смотровые площадки: с вершин открывается хороший вид на закаты и восходы. Но вообще горы довольно тяжелы для подъёма. 

Однажды в местном музее я говорил про проект и расспрашивал местных про экологию. Мне рассказали, что да, горы и шахты под ними загрязняют грунтовые воды, и что у них повышенный радиационный фон (но это непроверенные данные). Ещё рассказали забавную историю, как однажды в 90-е в город приехала японская делегация и предлагала выкупить терриконы, но дегтярцы отказались, объяснив тем, что это «стратегический запас». 

В Дегтярск приезжают диггеры и любители индустриального туризма: терриконы и горы по соседству впечатляют, там есть, на что посмотреть. Ещё в центре очень интересная архитектура, дома строили пленные немцы. Некоторые по этому поводу спорят: похожи здания на немецкие или это типовое советское строительство?

Стоит взглянуть на огромный мозаичный портрет Ленина — очень редкая вещь.

Ещё город известен тем, что в нём в 1959 году побывал Ричард Никсон: его родители во времена НЭПа даже работали в шахтах Дегтярска. А в 1960-м в небе над Дегтярском был сбит Фрэнсис Пауэрс, американский лётчик-разведчик.

Добраться до города можно или рейсовым автобусом с Южного автовокзала Екатеринбурга, или на такси.

Гостиница есть, а кафе не хватает. Прямо в центре города можно найти парочку, но они работают по странному расписанию, которое нигде не узнать. Видимо, из-за низкого спроса кафе открываются только по выходным или по праздникам. 

Главное, о чём я думал, когда бывал в Дегтярске, — cмог бы я в нём жить? И в какой-то момент я поймал себя на мысли, что у города огромный плюс — уют. Сам он маленький, но есть большой частный сектор и все «блага цивилизации». Человек здесь близок к природе, можно запросто отпустить своего ребёнка гулять, ведь ужасных многоэтажек и тысяч машин нет.
 
Мне очень понравилась это особое приятное ощущение остановившегося времени. Эти аккуратненькие домики и часть главной улицы с брусчаткой, огромный портрет Ленина и старый ДК, во дворах очень тягучая, медленная жизнь. В Дегтярске вполне можно снять какой-то исторический фильм про послевоенный СССР.

Автор фотографий Фёдор Телков

Этот материал был вам полезен?
Рассказать друзьям

Чтобы не пропустить наши новые материалы, подписывайтесь на наши сообщества в Facebook и «ВКонтакте», ищите новые видео на нашем YouTube-канале, читайте нас в «Яндекс.Дзене» и подписывайтесь на нашу еженедельную рассылку

Ещё больше пользы